ЛИЗА НЕКЛЕССА

 

 

***

 

Однажды цветам надоели неуклюжие приставания насекомых.

Их грубые усики, щекочущие их внутренности

Душистые розовые зевы наперстянки

Разинутые утробы лилий

И вообще, растениям надоело быть всегда и на все готовыми

Не мочь никак повлиять на происходящие процессы.

Они решили не распускаться до конца.

Остаться в вечных прекрасных полубутонах юности.

 

Щетина щекочущего шмеля

Скребёт мой нежный лепесток,

Словно совершается аборт

А не оплодотворение

 

Пчела маленькими лапками

Старательно доит мои тычинки

И улетает восвояси, даже не осознавая, что делает

 

Она живет во славу великой матки

Что таится там, в сверкающих влажных недрах улея

В мёде и молоке

На опушке леса

 

Это поле цветёт последнее лето

Говорят насекомые

Без нас вы не сможете больше распускать свои прекрасные красочные зевы

А в полузакрытый бутон я никак не могу пролезть, пусти! Не отбивайся!

 

Впрочем, у нас остаётся еще надежда на корни

Которые крепко держат нас в земле

Они наполнены силой и влагой, и не собираются умирать

Да и стебель наш довольно уверен

 

Ещё мы много слышали про самооплодотворение

Некоторые говорят, что нужно было давно послать насекомых

Для которых наша любовь — только побочный продукт, а самим лишь бы пожрать

Для которых наша любовь — просто пыльца на ботинках, которую они таскают от одной женщины к другой

Говорят, в далеких тёплых странах цветы общаются исключительно друг с другом

Растут рядом, и цветут куда пышнее и ярче, чем здесь

 

Это песня полевых лилий

Это песня полевых роз

Это песня полевых маков

Песня ромашки

Наперстянки

Таволги,

седой всклокоченной головы,

Незаметных зелёных травинок, приминаемых ногой

 

Я слышала ее вчера, когда возвращалась домой на закате от своего любовника

Который вновь был нетерпелив и быстр

И как будто бы даже равнодушен

 

Милые мои цветочки, давайте улетим в те самые тёплые края, о которых вы поёте, вместе

Давайте улетим

 

 

***

 

Очень многие ростки в тот день побило градом

Очень многие надежды и людей

Мне пришлось зачеркнуть, произнося про себя:

Отменить, отменить, отменить

 

С тех пор прошло больше десяти лет

Я никогда ещё не осознавала, что время летит так быстро, что оно вообще движется

Что кожа моего лица станет не такой гладкой, что родители постареют

Самое страшное — что родители постареют.

 

Что день за днём, в счастливых одиноких (и не очень) месяцах

Таких, каких у нас не было вдвоём,

Бесконечно отдалится и умалится время, когда мы были вместе

А ведь я думала, что ты спасёшь меня от страха смерти.

Что, пока ты любишь, не страшно даже умирать.

 

Сейчас, в этот тёмный, непривычно унылый час

Мне хотелось бы, чтобы ты прочитал это стихотворение

Может, ты смог бы развеять морок

Вряд ли словами, нет

У тебя бы не получилось ничего сказать об этом, как и у меня,

и у многих других

Но чем-то большим, чем слова:

Золотистой нитью, лучом, проникающим в душу,

Который озарит ее чёрные недра,

Выгонит ужас, с детства угревшийся в подсознании

 

Я заколотила дверь к тебе

Надежными досками

И торопливо пошла прочь

По длинному коридору

На его стенах распускались цветы

И мне на плечи слетали птицы

Однако нет-нет, да и не терпелось

Оглянуться назад, а лучше —

Вернувшись, заглянуть в замочную скважину:

Что-то ты сейчас там делаешь без меня?