Дан Пагис в переводе Меира Иткина


Тонкая СРЕДА-2020-2(16) К СОДЕРЖАНИЮ


Дневник корабельщика

В то время как ветер несётся над водами, возвращаясь к тому, кто дал его, пока флаг падает с носа фрегата, и бунт в брюхе ужаса трюма — под конец мы узнали: карты врали, и звуки, как пробка, были пойманы в сети. Нас несло по воде, как на колёсах. Остров сокровищ — как мы здесь оказались? Поднимаются из глубины прекрасные жемчужины воздуха, будто кто-то здесь тонет, из черепной открытой коробки выходят на свет алмазы соли. Нам ничего не осталось, только упасть на колени на палубе и вознести хвалу небесам и сонному морю, которые дали нам силу: они — это мы, мы не плавали — мы приплыли. Нужно бросить якорь и забыть.

(из сборника «Поздний досуг», 1964)


Хони

И когда он вернулся, проснулся, стоял, гость незваный, на обочине трассы, в мятом старом плаще, вспоминая, узнав эту ночь, и уже не чужой: облака, нарушая границы, неслись, как всегда, и дождь падал незрячий, вновь и вновь обивая пороги, гремел банкой для подаянья, a город прохожих и тех, кто вернулся, кружился огнями на стёклах, будто в другой темноте.


И вот, Бог его возвращенья пока ещё спит, в этом году спешки нет, нет опоздания, он ещё сможет подняться на круг, что открылся над ним и вернуться, заснуть забытым на Млечном пути.



(из сборника «Поздний досуг», 1964)

Прятки

Далеко-далеко на заднем дворе

он играл со мной.

Закрываю глаза — он спрятался:

раз, два, три,

нет впереди, нет за мной,

нет во мне.

И с тех пор я ищу

много-много лет.

А что, если я его не найду.

Выходи уже, выходи,

ты же видишь: я сдался.



(из сборника «Мозг», 1975)

Цикл «Мальчик»

Провал

Тот один, что сто лет назад провалил экзамен по арифметике и боится вернуться домой,

из мела лицо, глаза из чернил. заперт за скобами тетрадных листов,

истекает кровью ошибок.

Уже сотню раз написал, в наказанье, верный ответ на доске. он уже знает, что к бесконечности стремится дробь — единица на ноль.

Кол в дневнике до сих пор.

Между партами, перед пятнами на карте мира настенной спрятался, чтоб только солнце не воскресило его.

Но даже если вернётся в мир лжи, арифметику эту он уже не забудет, как помнил её все годы смерти своей и до этого мига.

Рассказ

Когда-то я прочитал

рассказ о кузнечике,

искателе приключений зелёном-зелёном,

который утром родился,

а вечером

его сожрал нетопырь,

и тогда филин-мудрец

произнес поминальное слово

коротко: нетопырю нужен корм,

а кузнечиков полно на лугу.

Следом шёл лист

последний, пустой.

И вот сорок лет как застыл я,

склонившись над этим листом.

Нет сил у меня

книгу закрыть.


Где

Я спрятался в комнате, а где позабыл.

В шкафу меня нет.

И нет за шторой.

И в крепости нет между ножек стола.

В зеркале пусто.

Почудилось вдруг, что я в фотографии на стене.

Однажды, если сюда придут и окликнут,

я отвечу и тогда буду знать: я вот он.


Знакомство

В дальней комнате нашего дома,

на краю облака из чудных завитушек

мчался на лошади, задыхаясь,

китайский всадник, вышитый паутиной шелка.

Мчался-мчался, пытаясь достигнуть.

Долгие годы бросал на меня искоса взгляд

недовольный. Я хотел выйти навстречу, но

нас разделяли тысячи верст.

Когда годы прошли, я понял, что мы ошибались,

что оба мы были одним, вышитые друг на друге,

и уже я не знаю, где он: или рассеялся в облаке,

или сгорел вместе с домом.


Из цикла «Снаружи строки»

Слова

После долгого лета молчания наступило это ветреное утро: сейчас я снова смогу говорить. Я открываю окно — и ветер тотчас овладевает мной, выхватывает изо рта мои слова, как это было с давних времен.

Но этим утром я упрямлюсь и стою на каждом слове — до последнего. И отказываюсь лишь от того, о чём промолчал.

Снаружи строки

Строки стихотворения, длинные, короткие — каждая привязана к тому пределу, что ей предназначен. Снаружи строки мы летим в космосе, возвращаемся, на краю воздушной оболочки превращаемся в пламя, сгораем, и пространство между нами полнится темнотой.


Сила притяжения

Если спущусь в долину — исчезну. Мёртвая плоскость проглотит меня. Стало быть, я перескочу её, буду прыгать с утёса на утёс. Хотя бы с одной верхушки дерева на другую. Так я решил, и в тот же миг — чертовщина, меня покидает сила кузнечика, а сила притяжения атакует, прижимая к мёртвой плоскости, к каждой её части, мелкой и незначительной.

Я хватаю рулетку, свернутую улиткой, и начинаю ползать, измеряя овраги, ямки, поляны и бугорки на земле — контуры неровного мира. Вот она, простертая передо мной — живая равнина.

Обратно

На дороге, в случайном месте, я вижу, что вырвался и побежал обратно. Я остался стоять, немного удивлённый, а сейчас кружусь и гоняюсь сам за собой. Постарев, я спотыкаюсь, сердце колотит, большое расстояние разделяет меня и меня: там я возвращаюсь в зелёное утро, домой, иду и уменьшаюсь, и горизонт уже пуст. Так что же я стою, запыхавшись? Я отворачиваюсь от себя, и иду, новый и радостный.

(из сборника «Синонимы», 1982)

Перевод с иврита Меира Иткина

================================================================================

Дан Пагис

Дан Пагис, израильский поэт и филолог-медиевист, родился в 1930 году, в городке Радауц (Буковина, сейчас Румыния). В 1934 году его отец эмигрировал в Палестину, а мать умерла от внезапной болезни. В возрасте 11-ти лет был депортирован в концлагерь, где провел 3 года. В 1946 году переехал в Палестину и встретился с отцом, который отправил его жить и учиться в кибуц Мерхавия. Там Дан Пагис начал писать стихи и подружился с поэтом Тувьей Рибнером, познакомившим его с Леей Гольдберг и поэтами её круга.

Преподавал средневековую светскую еврейскую поэзию в Иерусалимском университете. При жизни опубликовал две монографии и пять сборников стихотворений.

О переводчике:


Меир Иткин — поэт, переводчик. Родился в 1976 году. Окончил Новосибирский государственный университет. Исследовал средневековые рукописи — главным образом, славянские переводы псевдо-Дионисия Ареопагита.

В разные годы работал журналистом, рецензентом, критиком, редактором «Сибирского университетского издательства», курируя направления «Философия» (Г. Фреге, Б. Рассел, Л. Витгенштейн) и «Художественная литература» (А. Етоев, О. Панфил, серия «[Живая] классика»). В 2018 году выпустил первый сборник стихотворений и прозы «Прибежище» (независимый издательский проект «Здесь», Новосибирск). Публиковался в журналах «Двоеточие» и «Артикуляция». С 2018 года живёт в Хайфе.

Просмотров: 127

Недавние посты

Смотреть все