Елена Георгиевская

Тонкая СРЕДА-2021-2(18) (к №18)




* * *


разрубили множество

камень пустой

щербина полуночи

полученности (?)

половина моста должна ожидать, но не ожидает

сквозь уничтожение просвечивают

края покоя

словно обрубленные

гласная метель

множество полночи, кривой ветер, растёт червь вместо дерева

под половиной моста, избегающий пустоты

но

полный лакун, как червей

ты — дно, язык-колония


Ответ сове

лепестками || таблицами

Ника Скандиака

Лепесток проверяется таблицей, словно гармония – алгеброй.

Но алгебра и есть гармония, гаммы цифр. Ничто так не напоминает поэзию, как учебник – с числами, не нотациями.

Счисленный человек свободен от нашего барахла. Он то ли тоже сова, то ли таблица. Как вода, он не хранит числа снаружи. Под микроскопом этого отрезка должна быть таблица неспокойной воды.

Вода, мягкая, как цветок, останется цифрами под кожей. Вода как учебник.

Посторонний оборачивается.

Был дымом, стал сова над водой.

Я жив, я мёртв, я прохожий, что научился счёту.

* * *


туда, где любую речь вынесет на берег

где листья воды из ветвей земли вытягивают последнее

разрубленное дыхание, где стены, как стаи, образуют геометрию наказания

огонь, не ходи за мной

на этой улице не строится твой дом, машина льда, на этом

разрубленном дыхании ты не выстроишь свою сторону, огонь

там, где сознание отделяется, подобное тёмной воронке

где твоё дыхание не позволяет дышать воде

смерть разнесло по краям, человек лжёт, что выбирал середину

сам, свободно

где снег дышит лекарством, речь-лауданум

смягчая воду, тянется ко дну, но не может уйти

в глазах речи вода разделяет луну, как дыхание

огонь костенеет, огонь, не ходи за мной

можно ли умереть, когда они обращают сон лицом к нему

лекарство смерти не действует

невыносимое лекарство земли

ты не о той речи говоришь, ты видишь

девочку со спичками, я не девочка, это не спички

огонь, не ходи за мной

мне понадобится утонуть вместо речи

Зоохристианство

твой бог хочет, чтобы меня не существовало

я вижу его клерком, клапаном преисподней

пользой, девочка, пользой

нет, я не хочу, чтобы его труп проплыл по нашей реке вреда

пусть он превратится в рыбу

животное — остаток бога

человек — остаток животного

жизнь надо прожить так, чтобы по твоей реке проплыла рыба чужого бога

а ты ради этого не двинулся с места

клерки болот следят, цапли-подобия

за этой рекой

твой бог хочет, чтобы меня не существовало

пока меня отражает лицо животного

пока я помню

перебитые кости деревьев

бог ненавидит свою основу

она смотрит глазами его когтей

как вода движется с места, она хотела бы удержать

все воды и волны свои, но они уже прошли, девочка

и эти, другие, пройдут

говорить по белой земле

* * *


лилии вымерзания

стал осторожным

осторожна эта граница. должна была стать жестокой

линии остановки

я оставлю тебе каменный фонарь, наблюдать, как трескается вымерзающая земля

как в её теле образуются цветы, о которых она не подозревала

ты впервые почувствуешь, что она вечно движется

словно камни и цветы, а не пластик из географического кабинета

(подлость подселения в её жизнь, и я сейчас говорю о человеке)

сон лестниц рождает неподвижных

неподвижные мы, вечный двигатель земли

осторожно, между нами граница

читает с лоскута земляной кожи

и рассыпается существо

Как падает мент

Кто-то смотрит на огонь, кто-то смотрит на воду,

кто-то — на движущиеся рисунки, а кто-то смотрит,

как падает мент. Отсюда убрали лёд,

назвали дорогу, и она свернулась.

Новая плитка на площади казалась безопасной.

Полдня сыпался мокрый снег

и закрыл её, красно-коричневую, как сердце.

Но менты потащили по ней людей и она открылась.

И когда новые люди подпали под подозрение,

новые менты потянулись к ним

и упали один за другим.

То ли дело старая плитка,

шероховатая и надёжная,

а новая то и дело притворяется льдом,

красным зеркалом, бензопилой дороги.

Европейская плитка говорила: подо мною пляж.

Эта говорит: подо мною лёд,

и я тоже лёд. Голос времени говорит: зря стараешься,

люди — только движущиеся рисунки

ментов. Время вышло. Смотреть, как падает мент-

отец, мент-сын, мент-святой дух.

Вставайте, говорит оно,

тут вся улица в уважаемых гражданах,

вся притворяющаяся площадь.

Как падает мент?

Как бог луны упал с неба на площадь,

говорит время. Но в мире не воцарилась тьма,

а вместо богини пчёл приползла старуха

угостить гвардию бутербродами. Время — с голодными,

что угощают сытых. Время отстало на час,

и солнце поднимается, нулевого цвета.

На краю тротуара стоит огромная девушка.

У девушки маска такая

и волосы жёлтые крашеные,

и смотрит она, как падает мент.

Смотрит, как падает мент.

================================================================================


Елена Георгиевская

Родилась 9 июня 1980 г. в Ярославской области. Училась на факультете философии СПбГУ, в 2006 г. окончила Литературный институт им. Горького. Живёт в Калининграде.

Лонг-лист Биеннале драматургии «Свободный театр» (2015), шорт-лист премии им. Астафьева (2010), «Нонконформизм» (2012, 2017) и др. Лауреат премии журнала «Футурум Арт» (2006), «Вольный стрелок» (2010). Входит в редсовет «Ф-письма» и сайта Nihilist.li.

Публикации: «Воздух», «Новый мир», «Волга», «Интерпоэзия», «TextOnly», «Полутона», «Двоеточие», «Цирк “Олимп”», «Артикуляция», «Stenograme», «Лиterraтура» и др. Тексты переводились на английский, польский, словацкий, болгарский, эстонский и другие языки.

Книги: «Вода и ветер» (М.: Вагриус, 2009), «Хаим Мендл» (“Franc-tireur USA”, 2011), «Книга 0» (“Franc-tireur USA”, 2012), «Сталелитейные осы» (М.: Вивернариум, 2017) и др.

Просмотров: 92

Недавние посты

Смотреть все